Главная » Наш приход » Между Марфой и Марией

Между Марфой и Марией

 

 

 

Когда мне поручили взять это интервью, я

мысленно озаглавила его «Между Марфой и

Марией». Понятно, почему:

 

Марфа, Марфа! Ты заботишься и суетишься

о многом, а одно только нужно. Мария же

избрала благую часть, которая не

отнимется у нее (Лк., Х, 41-42).

 

 

 

 

Эти слова Христа первыми вспоминаются, когда думаешь о Марфе и Марии. Но как совместить желание Марии сидеть у ног Христа с заботой о большом угощении, которое должна готовить Марфа? Из Евангелия от Иоанна мы помним, что Иисус любил Марфу и сестру ее и Лазаря (Ин., XI, 5). Марфа в этом перечне стоит первой. Дальше евангелист передает разговор Иисуса и Марфы о воскресении в вечную жизнь. Иисус сказал ей: "Я есмь воскресение и жизнь; верующий в меня, если умрет, оживет; и всякий живущий и верующий в меня не умрет вовек. Веришь ли сему?" (Ин., XI, 25-26). Эти потрясающие слова были сказаны многозаботливой Марфе.

 

Татьяна Силаева, Ольга Наказная и я сидим на уютной Таниной кухне и пьем чай со вкуснейшим ее изделия пирогом.

 

- Хочу спросить Вас, наших главных и многозаботливых по трапезной, что для вас значит ваше послушание?

 

Татьяна. Послушание наше не легкое. Может, у кого-то получилось бы лучше, мы же стараемся исполнять его в меру наших сил и способностей. Для меня это ответственность, от которой я уже не могу отказаться. Если к трапезе ничего не готовишь, то как-то не по себе. Не скрою, что и физически эта работа трудна, мы ведь не молоды, с каждым годом все сильнее хочется помощи и понимания от наших дорогих прихожан.

 

Ольга. Для меня это послушание реализует естественную женскую потребность кого-то накормить, согреть нашей едой. Может быть, если бы у меня не было такой потребности, заложенной воспитанием, послушание давалось бы мне труднее, потому что труд этот вообще тяжелый, и не каждый берет его на себя. Особенно сложно работающим, у которых при этом семья большая. Приходится смириться с тем, что в таком серьезном возрасте и со своими болезнями я этим занимаюсь. Говоришь себе: если не я, то кто, и тянешь свою лямку. Хотя, наверно, приходит время, когда хочется обернуться и сказать: «Поддержите меня, станьте за мной».

 

Татьяна. Хочу сказать, когда бывает особенно трудно, читаешь про себя молитву, с молитвой оно как-то легче выходит. Дети мои подсмеиваются, когда я говорю, что молитва мне помогает. А мне молитва помогает. С Божьей помощью получается, что вот – и все выходит.

 

- У Феофана-затворника есть такое рассуждение, что всякое дело, сознанное достодолжным, мы должны делать со всем усердием, но, когда человек исполняет ответственное дело, у него может возникать многозаботливость, точащая сердце, ее надо гнать от себя. Что вы скажете о многозаботливости, точащей сердце? Скажу про себя: когда я дежурю по трапезной, мои мысли часто не в храме, где должны быть, а у плиты. А вы как с этим справляетесь?

 

Ольга. Особенность всякого послушания в том, что ты отрешен в этот момент от службы. Послушание в поварне, как раньше его называли, было самым сложным, потому что человек, как правило, не мог присутствовать на службе и молился во время приготовления пищи.

 

Татьяна. Стоишь иногда в церкви и думаешь: вот это надо сделать, это и это, уже мысли нет о молитве и о Боге, а все о мирском. Я от этого устаю, даже был такой случай, что ушла помолиться в другой храм. И когда бываю летом в церкви на Бутовском полигоне, у нас дача рядом, мне там так хорошо. Я ни о чем постороннем не думаю, стою и молюсь. Иногда я думаю: послушание ли это перед Богом? Потом думаю: несомненно, так, потому что наша работа помогает соединению людей. Нет, обязанность наша не просто накормить. Соединить людей.

 

Ольга. Да, конечно, само слово «община» предполагает соединение людей. Не все имеют семьи, не все в силу разных причин имеют возможность общаться, наше же послушание способствует тому, чтобы люди сближались, учились любовно относиться друг к другу. Послушание наше необходимо и прихожанам, и нашим батюшкам, ведь им после службы нужно отдохнуть, поговорить не только с нами, но и друг с другом. Мы рады тому, что у нашего настоятеля много друзей, и друзья эти часто к нам приезжают, разделяют с нами трапезу, участвуют в наших беседах. Совместная еда объединяет больше, чем дружеский разговор на улице.

 

- Я вот думаю: составить бы молитвенное правило для тех, кто работает на кухне. В монастырях без молитвы еду не готовят, недаром она там такая вкусная. Спросишь: почему, отвечают, потому что с молитвой приготовлено.

 

Татьяна. Мы это почувствовали на Валааме. Еда простейшая, но до чего же вкусная.

 

Ольга. Мы иногда не замечаем, как в обыденной жизни Господь нам помогает. Я, бывает, даже и не молюсь, но, когда силы покидают, помощь эта приходит. Правда, часто стала говорить про себя: «Господи, помилуй меня, помоги пожалуйста». Рвется из души, потому что послушание наше все труднее мне дается. Рано встанешь, давление прыгает-скачет, идешь в храм, потом бежишь готовить еду, накрывать на стол, убирать, мыть... Я почти падаю, но каким-то чудом выстаиваю, выдерживаю, видимо Господь помогает нам, когда мы этого и не замечаем.

 

- Хочу рассказать про наше последнее дежурство. Нас было всего трое, и вдруг так сложилось, что Аня Обыденнова случайно пришла в воскресенье на час раньше, увидела нашу суету и очень споро нам помогла, Юля Зеленина пообещала прийти и помочь, пришла, отработала с нами по полной программе, совсем не в очередь свою. А уж истинное чудо – Нина из Калифорнии, которую как райскую птицу к нам занесло. Трудилась вместе с нами, салат с собой принесла, дома приготовленный. Прилетела – помогла – улетела. Неожиданно, случайно, как говорится, «на коленке», и трапеза наша сложилась. Это было для меня малое чудо. Хотя, наверное, не бывает малых чудес.

 

Татьяна. Каждое наше приготовление трапезы это чудо. Стол пустой, стол пустой, и вдруг – того немного, этого чуть-чуть, всего понемножку набирается и – слава Богу за все!

 

- Мне за столом часто не хватает простой воды. После службы хочется не соку, не морса - чистой воды.

 

Ольга. Вода тяжелая. У нас с Таней машины нет, все таскаем на себе. Я покупаю продукты, поднимаю тележку к себе на четвертый этаж, потом несу в трапезную. Татьяна тоже несет заранее купленное из дома, ей, правда, Андрей помогает. Воду наша бригада обеспечить не может.

 

- А ваша бригада это вы двое, вы наш центр управления полетами и ваша очередь всегда. Я имела в виду дежурство по воскресеньям, когда трапезу готовит бригада в более широком составе. На столе соки, компоты, а воды нет.

 

Татьяна. Когда я распределяла людей по бригадам, старалась, чтобы в каждой бригаде была машина, но ведь жизнь людей меняется, кто-то отпадает на время (болезнь, рождение ребенка), кто-то совсем. Я жду приходского собрания, жду, когда в наш приход вольются новые силы, потому что некоторые бригады совсем ослабли.

 

Ольга. Кого-то из прихожан угнетает послушание в трапезной, послушание убираться в храме, и вообще все работы, нужда в которых возникает постоянно. С приездом патриарха Кирилла на освящение нашего храма трапезная и прицерковная территория было обновлены и украшены, теперь порядок надо поддерживать. Сердце кровью обливается при виде сорной травы, заглушившей посаженные нами деревья и кусты. Все мимо идут, неужели не видят. У меня это так наболело.

 

Татьяна. Хочется, чтобы неравнодушных людей было больше, особенно среди молодежи. Вот Анечка Михайлова, которая скоро должна родить, приходила, цветы сажала.

 

Ольга. Как говорит наш настоятель о.Алексей, многие в храм приходят брать. Помолился, исповедовался, причастился, и свободен. Нужно же еще и отдавать.

 

- Мне кажется, что молодым следует все-таки говорить о нуждах. Они и у себя дома не все видят.

 

Татьяна. Когда зовешь на субботник по уборке трапезной, приходят одни и те же люди. Лариса Степановна на всегда приходит, моет окна. А сколько ей лет? Она на праздник и рулет испечет, и салат приготовит, община – ее жизнь, ей это самой нужно.  Те люди, которые уходят от послушания по уборке и по трапезной, чаще всего уходят из храма совсем.

 

- Царство небесное нудится. Не всегда и на службу хочется идти. Дома дел полно, у каждой свое домашнее послушание, его тоже надо исполнять. Но понудишь себя, а потом идешь со службы и радуешься, и чувствуешь себя счастливой.

 

Татьяна. Среди молодых тоже есть люди чуткие, которые все понимают и стараются помочь. Но, к сожалению, есть и такие, которые получают любовь от родителей, к примеру, а дальше ее не отдают, получают какие-то блага, а ими не делятся. Меня очень волнует, как научить наших детей отдавать.

 

- Чем помогла нам управа к 400-летию нашего храма?

 

Татьяна. Помогли с ремонтом трапезной, лестницу обустроили, территорию нашу привели в порядок, шторы повесили, спасибо им большое, гораздо лучше стало.

 

- Я очень рада, что у нас новая плита, правда, пользоваться ею мне еще не приходилось.

 

Ольга. Новую плиту никак не получается правильно отрегулировать. Печешь пирог, сверху он сгорает, а внутри сырой. Надо все время следить, чтобы не пригорело. Но все происходит так: секунда, и пирог уже почернел. В общем, с этой плитой еще надо подружиться. У нас много бытовой техники, а осваивают ее медленно. Например, в мультиварке, как правило, только кашу варят, а у нее еще масса разных функций. Есть миксер, блендер, электрическая мясорубка. А хлебопечка! Это вообще чудо. Можно испечь хлеб в пост, он заменит пирог, будет свой, теплый. И не скажешь, что люди ленятся, ведь режут разные привычные салаты. А можно было бы и пиццу испечь. И еще: даже если пользуются техникой, очень плохо за ней ухаживают, моют кое-как, дно сальное так и оставят, а следующие приходят и не думая, не разбираясь, пользуются. Тут пригорает, там грязно. Все же портится от этого.

 

Татьяна. Хочется, чтобы наши прихожане относились ко всему бережно, как у себя дома, не переставляли посуду, клали на свои места. И спасибо всем бригадам за труд, в большинстве своем это ответственные люди.

 

Ольга. С легкой подачи о.Алексея у нас негласно существует соревнование между бригадами, особенно в последние годы.

 

- Бригада «православного труда»?

 

Ольга. Ну, да. Но мощности у всех разные, поэтому оценивать трудно. Иногда приходишь, а так накрыто – ресторан да и только. Совсем не нужно, чтобы это был ресторан. Должно быть вкусно, качественно, сытно.

 

Татьяна. И мы с Ольгой стараемся вкусно и хорошо готовить, не хуже других.

 

Ольга. Некоторые даже говорят: планка так высоко поднята, что не все могут до нее дотянуться. Доля правды в этом есть. Мы же не поесть приходим в трапезную, а все-таки пообщаться. Но пост часто бывает долгий, тут готовить особенно трудно, просто на уши встаешь, и побаловать чем-то вкусным хочется. Есть лукавство и в моих словах, потому что иногда пробуешь новый рецепт и ждешь, что люди скажут. Я очень люблю праздник Успения Богородицы, люблю в этот праздник молиться, а надо трапезу готовить. Хочется, чтобы кто-нибудь хоть иногда сказал: я поработаю, а ты иди помолись.

 

- Давно прихожу в церковь с диктофоном в надежде взять у вас интервью, но вижу, как вы плотно заняты, как устаете, паузы нет для разговора. Сегодня мне невероятно повезло, удалось с вами посидеть за столом и поговорить без спешки.

 

Ольга. Беседа и должна проходить за столом. Наше сегодняшнее общение это подтверждает.

 

Татьяна. Хочется верить, что наш труд не пропадает даром.

 

На следующее утро мне позвонила Татьяна Силаева: «Мы же забыли самое главное. После освящения нашего храма за столом в трапезной патриарх Кирилл сказал, что таких приходов, как наш, мало в Москве. А ведь создал этот приход наш настоятель о.Алексей. И мы ему своим послушанием помогаем. Как же иначе?»

Ноябрь. 2011 г.

 

Интервью брала Татьяна Хромова